• 9 березня на Шевченка 9

  • Полтава у 40 рр XVII ст. Невелика розвідка.

  • Вечера на хуторе близ…
    Хорола…
    Пан козак Грушецкий очень важно общался с не менее важным паном из древнего козацкого рода Миколой Костогрызом. Оба пана сошлись на перекрестке двух магистральных дорог из Киева на Полтаву и «ось-ось-осё», стали у поворота на Великую Багачку, прямо посреди дороги в самом Хороле.
    Водители грузовых фур, и просто всех автомобилей, что проезжали в это время через перекресток, единодушно их проклинали. А некий важный господин со столичными номерами на дорогой японской карете, даже порывался выйти и прилюдно плюнуть в лицо двум козакам. Но что- то остановило его порыв. Или размеры кулаков козака Миколи Костогриза. Кулак, у того что тот арбуз, то ли милицейская фуражка у пана Грушецького.
    Пан Грушецький происходил из польских козаков, которые за каким то чортом уехали на ПМЖ в Польшу, а потом со своим польским гонором неописуемой бедностью вернулись домой. Всего то и пользы было, что теперь пана козака Грушецького от Лубнов и до самой Полтавы, не исключая Миргорода, принимали за обедневшего ляха- шляхтича и важного пана козака. А милицейская фуражка в его жигулях первой модели, исполняли роль скорее декоративную. Они отпугивали тех, кого можно было отпугнуть милицейской фуражкой.
    Костогриз Микола, происходил, как я уже упоминал из древнего козацкого рода. Если бы он внимательно покопался в своей родословной, он бы узнал, что его предки воевали против шведов при Полтаве, а так же при всех украинских гетманах. Воевали против ляхов вместе с турками, а потом с ляхами против турков. Славный воинский козацкий род после раскулачивания слегка потерял свой боевой дух, а потом и вовсе обмельчал.
    Если батька Миколы Костогриза еще служил в армии, правда в мотострелках, то сам Микола свой воинский долг исполнил просидев в ночном ларьке в стольном городе Харькове. Там же он получал высшее образование, заключавшееся в умении дать хабаря, или попросту в лапу, во время экзаменов в том славном заведении, где он имел честь, быть студентом. Так же, в ночном ларьке, Микола научился в темноте, на ощупь, отличать фальшивые купюры от настоящих зеленых купюр. А так же догонять забывчивых на деньги покупателей, убегать от кредиторов, разводить лохов и крышу по понятиям.
    Надо сказать что обучение в бурсе, а потом в университетах в жизни потомственного козака, Миколы Костогриза, не пригодилось. Ну абсолютно ни к чему ему знания интригалов и сходящихся рядов. От беса это все, от лукавого, все эти лейбницы с декартами и прочие кейнсианцы… За то обучение которое он прошел в ларьке, служило ему и продолжает верно служить. Поэтому он всегда с большой теплотой и охотой отзывался и вспоминал, о том славном времечке, когда он жил во второй столице.
    Хотя назвать Харьков второй столицей – смешная нелепица. Он никогда не был второй столицей. Второй столицей всегда был славный город Днепропетровск, а третьей – Донецк. Это настолько понятно любому школяру, что даже объяснять как-то смешно…
    Итак, два славных козака сначала промчались мимо друг друга, но потом, крепко подумав, остановили бег ретивых железных коней и сдали назад, на сам перекресток. Встретившись, закурили тютюн, и повели неспешную беседу под вой пролетающих машин.
    - А что пан Микола, посещали ли вы Сорочинскую ярмарку в этом году? – Спросил Грушецький. – Вот я, например, посещал и купил пару отличных велосипедов, себе и жинке.
    - Нет, в этом году я не поехал. Не тот ярмарок стал, не тот! Вот раньше бывало выйдешь – тут тебе белорусский трикотаж – хорошого качества и колеру товар. Вино из самого Крыма, коньяк в полуторалитровых бутылях из Ужгорода, дунайская селедка… Да и баба моя домой всегда что –нибудь покупала. Детям леденцы на палочке и пряник сахарный.
    - Да, пан Микола. Тут я с вами совершенно согласен. Не тот ныне ярмарок, что раньше был. Велосипеды, и те в Китае делаются. В них хорошего только цена была… да и то, пожалуй, что кум мой Василь, вез на ярмарок, ты его знаешь?
    - Знаю, а как же.
    -Он нас туда вез…- Повторился бывший лях.- А там напился пива полтавского. И так его разморило после восьмого кухоля, что плюнул он и спать лег прямо на землю. Честно говоря, я бы тоже лег… Мы вместе с ним пиво пили. Только жинка не дала. Стала ругаться и требовать, чтобы мы домой ехали. Немедля. Пришлось купить…
    - Да, бывает... – Вдумчиво сказал козак Костогриз. – А как вам желание московского царя сделать нам жизнь по легче? В том смысле, что газ подешевеет…?
    -Пан Микола, не верьте данайцам, дары приносящим – Поэтично и не понятно ответил Грушецький.
    - Та да. Тут я с вами целиком и полностью согласен!- Кивнул Пан Микола и выпустил из люльки целое облако.- Газ подорожает и коммуналка тоже… Оба козака задумались и замолчали, укрывшись в облаке сизого дыма.
    - Да и бульба не уродила,- внезапно прервал размышления пан Грушецький
    - Хех, -как бы очнувшись произнес Костогриз, - бульба в поле вся погорела. Только возле дома, куда шланги дотянул, и поливал все лето… Только возле дома и собрал урожай… Ерунду сущую мешков десять – пятнадцать. Даже на базар нечего вывести…
    - Да, пан Мыкола, вся мировая экономика испытывает серьезный кризис… - И следующий час два пана и славных козака обсуждали рынок облигаций срочного и сверхсрочного займа. Стоимость опционов и фьючерсов на Токийской и Нью-Йоркской биржах. Обсуждали политику ФРС и позицию Линдона Ларуша. После долгих прений сошлись на том, что «Ларуш – молодец и знает что говорит». После этого козаки довольные друг другом и беседой, расселись по своим жигулям и умчались в разные стороны.
    Через Хорол шли тяжелые грузовики и легковые автомобили. Бежали автобусы, с пассажирами внутри, во все стороны света. Экономическая целесообразность не укладывалась в рамки Полтавской губернии. Китай, неслышной поступью, раскосо усмехаясь, вошел и смотрел на мир из каждого двора. Хуторяне гнали коров с пастбищ. У дороги стоял Последний Комсомолец и ждал своей маршрутки. Надвигалась темная украинская ночь полная сакральных смыслов.
    февраль 11
























  • 9 березня на Шевченка 9

  • Полтава у 40 рр XVII ст. Невелика розвідка.