• Я не Елена Троянская, но так произойдет

  • Майская прогулка

  • Понимая,что ежедневно и ежечасно насилуемый Системой,наш человек утрачивает способность, и рассуждать на общие темы и отвлекаться от непосредственных своих обязанностей - ну,чтоб не опоздать на работу,не быть уволенным,не быть заруганным женой (мужем) или кем там еще?,все же еще раз пройдусь по сказанному о Фригии,Лидии и Малой Азиии,которую ныне называют Турцией.

    Понимаю и то,что всё сказанное вылетает сразу же в направлении черной дыры - то есть,со свистом,в никуда и раз и навсегда,напишу следующее,что считаю важным для наших затурканных (в прямом и переносном смысле) соотечественников:

    [cut]
    [b]
                                                "И настала тяжкая година,
                                                  Поглотила русичей чужбина,
                                                  Поднялась обида от курганов
                                                  И вступила в край Троянов".
          "Слово о полку Игореве» (перевод Николая Заболоцкого)[/b]

    В конце третьего или в начале второго тысячелетия до нашей эры (оценки историков сильно расходятся, но чаще всё же называют 18 столетие) хетты, идя тропами своих предшественников-хаттов, завоевали всю Малую Азию, В том числе и прибрежный город Трою, сделав её столицей княжества Троада. С тех пор и начался отсчет "веков Трояновых".

    Спустя четыреста лет сюда из-за моря прибыли за похищенной Еленой Прекрасной войска греков-ахейцев. В сердцах у них поселилась "дева Обида" - точнее не скажешь. Десять лет Агамемнон, другие вожди и их воины терроризировали местное население Троады. Даже прибывшие на помощь соседи из родственных племен не смогли скинуть в море воинственных иноземцев.

    Эти события, от начала до трагического конца, были подробно описаны фригийцем Даром (в эллинизированном варианте его имя звучало как Дарес) в поэме "Иллиада". Много внимания им уделили фригийские и лидийские (ванские) историки: Ксанф в четырехтомной "Истории Лидии"(5 век до  н.э.), Ктесий в двадцати четырех книгах "Персии"(4 век до  н.э.) и Николай Дамаскин в 144 книгах "Всемирной истории"(1 век до н.э.). Увы, все эти труды были беспощадно уничтожены(трудно поверить в случайность подобной избирательности), остались разве что упоминания о них у других писателей древности.

    Лишь спустя шестьсот лет после Троянской войны слепой поэт Гомер "в пику"фригийцу Дару (первое слово новой поэмы, задающей тон всему произведению - "гнев") сочинял вторую "Илиаду", где нет ни слова о ванах-русах,фригийцах или лидийцах,а все имена троянцев настолько эллинизированы,что складывалось впечатление, будто одни греки воевали с другими греками, да сама Троя воспринималась как богатая колония Эллады на малоазийском побережье. Мстители в устах талантливого сказителя превратились в благородных героев. Описанию их экипировки и родственных связей  уделено больше внимания, чем описанию собственно сражений.Словом, это было патриотическое произведение, где враг, если и не окарикатуривался (иначе, с кем бы сражались ахейцы?),то был изменен до полной неузнаваемости. Не исключено, что слепой певец, зарабатывая своим искусством на жизнь, исполнял именно то, что от него хотели услышать. Может, в устном варианте "Илиада" выглядела иначе, ведь впервые записана она была тираном Писистратом спустя целых двести лет после смерти её автора: передаваясь два века из уст в уста, она могла претерпеть основательные изменения. Так или иначе, «Илиада" Гомера, восславившая деяния предков, стала основой, на которой взросла вся классическая греческая литература.

    В средневековой  Европе, не знакомой с языком Эллады, Гомера не знали. Лишь итальянское Возрождение, обратившееся к античным образцам, способствовало утверждению сначала общеевропейской, а затем и всемирной славы "Илиады" и "Одиссеи".

    Спустя века (в семидесятых-восьмидесятых годах девятнадцатого столетия) Генрих Шлиман по гомеровским следам отыскал не только место, где неподалеку от входа в Дарданеллы возвышалась Троя, но и раскопал следы пожара, оставшегося после разрушения города греками. Казалось бы, все ясно: раз город не был плодом воображения поэта, то и описанные им события правдивы.

    Тем не менее, стали возникать вопросы. Например, с каким народом воевали ахейцы, была ли у них своя письменность и каковы на самом деле их имена. Ведь немецкий археолог-самоучка явил миру не только ювелирные изделия древних мастеров, но и фрагменты письменности. Дальшие исследования профессионалов значительно пополнили эти находки и дали возможность не только увидеть произведения искусства, но и понять их создателей, что куда важнее. Было установлено родство, например, лидийского языка с урартским, хеттским и русским языками, хотя были и существенные различия.

    Так, жену предводителя троянского войска Гомер назвал Андромахой, что переводится с греческого как - "сражающаяся с мужчинами". Но та драчливость не отличалась, а наоборот - любила всплакнуть, например, прощаясь с мужем, идущим на битву:

    " - И пошла Андромаха домой, проливая
        Слезы и часто назад на любимого взор обращая.
        Вскоре достигла она для жизни удобного дома
        Гектора-мужеубийцы, внутри его много застала
       Женщин-служительниц дома и к плачу их всех возбудила".

          Такая несообразность объясняется тем, что жене Гектора подобрали в поэме имя созвучное её собственному - Анда-ра-м-аку, что на хеттском означает всего-лишь "голубоглазая".
     Разрушение ванского города было отнюдь не столь губительным, как могло показаться из гомеровской поэмы. Троя отстроилась, стала краше прежнего и простояла еще многие годы, на зависть иноземным державам, - до раннего средневековья.

    Во всяком случае, исландский хронист Стурлусон в тринадцатом веке на страницах "Младшей Эдды" не только восторгался ею, но сообщал много важных сведений о соседях Троады: «Этот город много больше других и построен со всем доступным искусством и пышностью. Было там двенадцать государств под началом единого правителя, а в самом городе все важные дела решал  совет из двенадцати знатных людей. Они, всеми человеческими  качествами превосходили других людей, когда-либо живших на земле".
    После греческого вторжения часть троянцев переселилась из Малой Азии в Северную Италию. НА новом месте переселенцев называли расенами или этрусками. Они стали первыми царями нового государства - Рима, которому со временем суждено было превратиться во всемирную империю.

    Русские помнили времена былой славы Трои - как свою собственную историю, да так оно и было на самом деле. Потому в двенадцатом веке автор "Слова о полку Игореве" сетовал на забывчивость потомков:

    " - Были, братья, времена Трояновы,
        Миновали Ярослава годы,
        Позабылись правнуками рано
        Грозные Олеговы походы".

    --------------
    [b]Если кто что понял,черкните.[/b]

    Написано веб-клиентом Swiftpen.


















  • Я не Елена Троянская, но так произойдет

  • Майская прогулка