• Безымянный 271598

  • Биохимия крови. Американские нормативы.

  • Действующие лица:

    Я,

    Она,

    Младенец.

     

    Она (входит со свёртком): Ну вот он, в принципе.

    Я: Кто?

    Она: Наш ребёнок.

    Я: А! Интересно.

    Младенец: Уа!

    Я: Кричит.

    Она: (говорит что-то о причине, почему ребёнок кричит).

    Я: Да.

    Она: Ну как тебе?

    Я: Не знаю пока.

    Она: Ясно.

    Я: А тебе?

    Она: Мне нравится.

    Я: Ожидания оправдались? От материнства, имею ввиду.

     

    Она: В принципе да.

    Я: А я пока не понял. Но я и не ждал ничего, честно говоря.

    Она: Если хочешь, могу его развернуть.

    Я: Правда, давай поглядим.  

    Она  разворачивает свёрток с сыном

    Я: Хороший получился? А то я не сильно разбираюсь в таких маленьких людях.

    Она: Хороший. (Называет вес, несколько превышающий средние показатели для здорового ребёнка)

    Я: Да. Существо. Тайна жизни, понимаешь.

    Младенец: Уа.

    Я: Сын. Сын, сын, сын… Не могу понять, как это.

    Она: Не торопись.  

    Я: Сын, сын, сын, сын… Я вот думаю. Может, если почаще повторять, тогда со временем станет  понятно, что это такое?

    Она: Попробуй. 

    Я: Сын, сын, сын… Хм… А ведь мне это слово неприятно. Может потому что оно аппроприировано подъездными тётками, толстыми старухами и рыхлыми пожилыми мужчинами с простёртой за помощью рукой?       

    Она: Ты прав. Что-то есть.

    Я: «Сын»… Кухонный жир, рваные колготы, настенные ковры, крики с балкона, кастрюля с варёным мясом… Фу. Боюсь, у меня не хватит сил, чтобы его почистить.

    Она: Тогда нужно быстрее придумать ему имя.  

    Я: Точно! С именем будет полегче. (разглядываю ребёнка). Как думаешь, что за человек будет?

    Она: Хороший будет.  

    Я: Ты сердцем чувствуешь?

    Она: Ага.

    Я: Понятно… А я вот не знаю, как мы с ним. Я всегда с людьми не очень хорошо сходился. Я, конечно, вежливый, но почти ни с кем не могу долго в общении находиться. Даже если человек хороший.

    Она: Не загадывай.  

    Я: Думаю, вероятность невелика, что мы с ним сойдёмся. Сейчас он, конечно, вообще никакой. Не поймёшь вообще ничего. Почти ноль. И относиться почти не к чему.

    Младенец: Уа.

    Я: А вдруг вырастет какой-нибудь гопник.

    Она: Всё может быть.

    Я: Тогда мы вообще не будем понимать друг друга с ним… Может, мне даже придётся из дома уйти.

    Она: Я, думаю, всё-таки родство возьмёт своё.

    Я: Думаешь?

    Она: Может, ты его ещё не меньше моего полюбишь.

    Я: Я не против. (разглядываю его пристальнее). Можно потрогать?

    Она: Конечно.

    Я осторожно трогаю ребёнка.

    Я: Ну да. Плоть. Мягка и тёплая. Но всё равно, пока непонятно. 

    Младенец: Уа.

    Я: Формально, это ведь мой сын. А я вот не могу сказать, что мой… Ну как это? Что-то живое, шевелится... И это кто-то мой?

    Она: А у меня есть чувство, что часть меня.  

    Я: …

    Она: Погоди. Я понимаю, что высказалась довольно тривиально. Сейчас попробую придумать метафору… Как будто я была большим куском теста, от которого отделили маленький. Но он сразу не отрывается. Ты же помнишь тесто?

    Я: Ну да.

    Она: Обычно такие «нитки» тянутся. То есть, это даже не чувство принадлежности его ко мне. А чувство отрыва. В этом сладость. В отрывании. И во вкусе теста. Сначала больно, а потом сладко. Сейчас это особенно приятно. Я его могу прикладывать к себе, и мы опять слипаемся. Потом опять разлипаемся.

    Я: Это удовольствие мне понятно.

    Она: Но со временем, наши тела испекутся. И мы будем, как два батона. Корками тереться друг о друга (смеётся).  

    Я: Тоже интересно.

    Она: Но, послушай…

    Я: Да?

    Она: Ты в этом участвуешь как-то. Я не могу описать пока.

    Я: В этом хлебном деле?

    Она: Да.

    Я: Может быть, я тмин. Его вроде как не очень видно. А всё равно чувствуется. В аромате, во вкусе.

    Она: Может быть.

    Я: Тмин. И звучит лучше, чем «отец»… Ну ладно, давай, наверное, заворачивать.

    Младенец: Уа.

    Она говорит младенцу что-то детское, заворачивает.

    Я: Если подытожить. В общем, пока непонятно всё это. Ребёнок и ребёнок. В общем, надо мне ещё понаблюдать. За ним и за собой.  

    Она: Спешить некуда. Он же будет тут жить с нами. Я его буду кормить, возиться. Молоко, там пелёнки. Если захочешь, подходи в любой момент.

    Я: Да, хорошо.

    Она: Только надо, чтобы потянуло к нему. Не заставляй себя.

    Я: Конечно. Я – только за искренность… Ладно, пойду – почитаю. 

     

     Занавес

     

     


  • Безымянный 271598

  • Биохимия крови. Американские нормативы.