• Листья в печать

  • Народная поэзия - Песни западных провинций

  • В этой книге не будет конца.

    «Гляжу в окно, перевожу со снежного на русский». Не думайте, это не бред, это так называемая mp3-поэзия. Амурский поэт, преподаватель литературы в БГПУ Евгений Ерёмин готовится издать принципиально новый сборник стихов «Листья снега». Это большое повествование в листьях, обрывках. И в ваших силах, дорогие читатели, это повествование дополнять. А мы пока беседуем с поэтом. Фрагментарно, по-ерёмински.
    Читатель должен работать

    — Пока почти вся книга выложена в Интернете, — рассказывает автор. — А когда она выйдет полноценно, точно не знаю. Весной либо летом, или как спонсора найду. Это будет маленькая книжечка с диском внутри. Кроме собственно произведений, думаю приложить и сопутствующие материалы: беседы со мной, картинки к стихам. Для комментариев и голосования читателей можно оставить несколько пустых листов — как белый снег. И пусть они на этом снегу напишут вторую часть. В самих стихах есть пробелы, которые каждый сможет дополнить по мере фантазии.

    Вариантов у автора масса. Перемешать страницы, оформить их калейдоскопом бумажек-мусора (от чеков до бюллетеней), создать и «взорвать» условные циклы. Короче, изобразить снег — самый гармоничный хаос на свете. Ведь «он снег, пока идёт…»
    «Мои стихи — это флэшка»

    В юности Ерёмин был рок-бойцом, и поэтому его философскую лирику (в 1–2 строчки) многие друзья приняли с гримасой на лице: разве это поэзия?

    — Мои стихи — это mp3, флэшка, — объясняет Евгений, — в сеть воткнул — и перед тобой разворачивается всё, что ты захочешь, масса образов, сюжетов. И не надо обсасывать это часами. Скажем, вспомни из Пушкина: «Мой дядя самых честных правил». У Лермонтова: «Выхожу один я на дорогу». Дальше никто не помнит, да и не нужно. Это и есть минимизация — самая убойная строка, а всё остальное для понтов. Мои стихи можно додумать, ведь каждый из нас — поэт, каждый неповторим. Что касается моего прошлого, ненавижу ярлыки. Сейчас у меня в голове снег — и точка.

    Кстати, поэзия всегда предпочитала дождь, а вот Ерёмин патологически любит снег. Мол, на дождь хорошо из окна смотреть, а в снег хочется войти, как в дом. Но когда видел по-настоящему хороший снегопад, Евгений уже не помнит. «А снега в титрах нет. — Так он и не играл».

    — Нынешняя зима просто пропала, будто город провинился в чём-то, он перестал быть ребёнком. Раньше казался аппендицитом, «зеро», но искренним. Теперь чувств нет, есть «понторезы», а они любви не дают. Круче подарить что-то дорогое, чем «охапку полевого снега».
    Сплошная «болдинская осень»

    Первую свою книгу стихов Ерёмин сделал вместе со своим другом дизайнером. Отпечатали рок-н-ролльную старину.

    — Люблю я всякий секонд-хэнд. Поэтому печатали на старой магазинной обёрточной бумаге, зато обложку сделали из дорогой обёртки. Назвали книгу «Туки-та». Во Владивостоке все 300 экземпляров враз смели. А сотню штук я в Москву отвёз, раздал Гребенщикову, Никольскому, Мамонову. А вот у нас в магазинах она так и утонула.

    Потом огромный перерыв, пустота, надежда писать потеряна. Возродили поэзию пять строчек, второпях написанных на столовой салфетке на вечеринке.

    — Спасибо моему руководителю по диссертации Светлане Красов-ской. Она и увидела в этом клочке минимализм и сказала, что так можно, так пишут. И я себя точно беременным почувствовал — с тех пор сплошная «болдинская осень».

    Почти всё было о снеге. Эти кусочки Ерёмин называет романом, причём своим только наполовину.

    — Современный читатель слишком привередлив — пусть тоже работает. Я сочиняю, вымучиваю, а им всё на блюде подай? Вот хочу альбом записать «Тайга-Китай», где в паузах два китайца будут песни обсуждать. Кто понять захочет, потрудится найти перевод.

    Пишет стихи Ерёмин на чём придётся. В основном на магазинных чеках: удобно и всегда с собой. Уже целый ворох скопился, можно и чековую книжку издать — компактную, но ёмкую.

    — Что есть поэт? — спросил я нашего гостя.

    — Настоящий поэт хранит готовность что-то принять. Он и пограничник, и гостеприимный хозяин. Всю труху и мусор отмести, а стоящее обогреть и отдать людям. Поэзия для зубов: жуй её, как спелое яблоко, смакуй и вникай.

    Иван ЗУБАРЕВ

    http://dv.aif.ru/issues/477/03_02





  • Листья в печать

  • Народная поэзия - Песни западных провинций