• ВОЛГА / VOLGA, “Дом” 3.02.06

  • Безымянный 271598

  • Они пока еще не смешные — новые политические анекдоты. Анекдот ведь род живого, городского и разночинского фольклора, вырос из сплетни, из пересказа, он должен обкатываться людским морем, как галька, у многих побывать на языке, а сейчас анекдот уже не проговаривается, а прочитывается; он живет в интернете...

    Петр Саруханов — «Новая»

    Они пока еще не смешные — новые политические анекдоты. Анекдот ведь род живого, городского и разночинского фольклора, вырос из сплетни, из пересказа, он должен обкатываться людским морем, как галька, у многих побывать на языке, а сейчас анекдот уже не проговаривается, а прочитывается; он живет в интернете.

    Но это ничего. Время у нас есть, и это наше время принято называть эпохой новой устности. Интернет по большому счету — площадка устного, а не письменного творчества. Интернетовский русский — письменная запись устной речи. Как-нибудь да научимся шлифовать наши новые анекдоты. А они между тем идут валом, волной — за последний месяц больше новых политбаек, чем за последние пять лет.

    Понятно почему.

    Номер с разоблачением

    Советский политический анекдот достиг совершенства в 70-е годы, в спокойные «никакие» 70-е, когда окончательно стало ясно, что произошло полное отчуждение государственной машины от гражданского мира. Тут даже не конфликт интересов власти и общества, а именно что полное и холодное отстранение. Анекдот был единственным способом общения с властью, единственно возможной формой разговора с ней.

    Принято считать, что политический анекдот — способ борьбы со страхом через осмеяние страшного. Думается мне, это способ борьбы с лютым равнодушием.

    Недавняя рокировка действующего президента и лидера нации уязвила общественное мнение именно потому, что во всей этой элегантной и быстрой процедуре было слишком много властного равнодушия. На гражданский мир не обратили никакого внимания. Даже и немного удивились — а что такого особенного случилось, господа? Что вас, собственно, не устраивает? Прозрачное и добродушное отчуждение, холодное нарушение общественного договора, 12 грядущих лет непрошенной стабильности — всё это возвращает нас к быту застоя. Значит, возвращается и политический анекдот как способ обратной связи с государственной машиной.

    Анекдоты наши пока не смешные. Слишком в лоб. Слишком «номер с разоблачением».

    «В глухой сибирской тайге обнаружена деревня староверов. Они до сих пор верят, что Медведев президент России». Или: «Народу России вновь предстоит трудный выбор: Путин, Путин или все-таки Путин?»

    Анекдоты «с переходом на личности» глядятся позабавнее. Медведевские имеют былинный зачин: «Создал Медведев Совет по борьбе с коррупцией. По предварительным прогнозам, стоимость места в нем составит около миллиона долларов»; «А вот и первые результаты в борьбе президента с коррупцией: у депутатов и чиновников жены вынуждены сами зарабатывать офигенные деньги». Но главное, что подчеркивается, разумеется, это ребячество президента, его милая склонность с айпедикам и айфончикам («наш айфончик»), его зависимость от премьера: «Сидят Медведев и Путин на Кремлевской набережной и ловят рыбу. Вдруг Медведев вылавливает золотую рыбку, и та сразу начинает: «А вот желание исполню!» Медведев: «Ой, правда?» Путин: «Даже не думай!»

    А что же Путин?

    Медведев — разочаровал, а что же Путин? Он как анекдотический герой еще совершенно не проявлен, и нужно сказать, что новых анекдотов про Путина мало. Чаще всего под него перекраивают старые кагэбэшные байки, демонизирующие нашего героя.

    Новые анекдоты продолжают эту же тему, но доводят демонизацию до совершеннейшего абсурда.

    Вот переделка из старомодного:

    «Путин ведет конференцию онлайн. Через интернет пришел хороший вопрос: «А не западло тебе, Вова, отвечать на анонимные вопросы по интернету?»

    Путин: «Отвечаю задавшему этот вопрос обладателю IР 176.325.24.1, хост www.sрb.ru, провайдер Соmbеllgа, Иванову Сергею Васильевичу, проживающему на Ивановской, дом 13/2, кв. 125, — НЕ ЗАПАДЛО!» Или: «Путин резко открывает дверь холодильника. Глядь, а там холодец стоит и мелко трясется. «Не трясись, — снисходительно улыбается Владимир Владимирович. — Я за кетчупом».

    Оба этих анекдота я слышала еще в отрочестве, в первом оригинальным героем был безымянный Великий майор КГБ, поймавший осмелевшего анонимного интеллигента за телефонным хулиганством, второй же был первоначально андроповским.

    А вот примеры анекдотов модернистских, новехоньких. Они уж более смешны, потому что доводят образ «Путина великого и ужасного» до потешного края.

    «Почему у ВВП так много телохранителей? Поодиночке они его боятся».

    «Когда кобра жалит ВВП, она дохнет в муках в течение трех дней»; «Голуби, когда видят ВВП, терпят».

    «Когда дети идут спать, они смотрят, нет ли под кроватью Бабая. Когда Бабай ложится спать, он проверяет, нет ли под кроватью ВВП».

    Следующий корпус анекдотов борется с пафосом и осмеивает официально признанный градус народной любви к премьер-министру. Перед нами — реакция на слащавую почтительность государственной агитационной работы.

    «Владимир Путин посетил новый роддом, в котором за пару минут до приезда лидера нации родились близнецы. Назвали их Володей и Димой. Трудно, конечно, будет жить девчонкам с такими именами».

    «Первоклассник спрашивает у учительницы: «А неужели же Владимир Владимирович Путин тоже какает, как и мы?» Учительница, после минутного раздумья:

    «Какает, конечно, но как-то честнее, добрее, что ли»…

    Важная для советского анекдота тема «Герой и дети» продолжается байкой по-своему уникальной. Это единственный анекдот про г-на Путина, переделанный из великого свода «О новых русских»: «Путин целует мальчика в пузико и говорит: «Хочешь конфетку?» Мама мальчика: «Ой, спасибо большое, он сыт!» — «Да пусть не ссыт, у меня еще много!»

    Совершенно очевидно, что образ Путина в новом политическом анекдоте будет меняться. Но — пока — даже в самых свежих анекдотах интонация та же самая — контроль и установление порядка.

    «Объявление на съезде «Единой России» после выдвижения Путина на новый президентский срок: «Всем выйти из «Твиттера!»

    Волнующий анекдот. Выйти из «Твиттера», как выйти из сумрака, — приказ вернуться из параллельной страны, России-2, в которой контроль затруднен, а протестный дух летает где хочет.

    Кстати — о «Твиттере». Недавняя твиттерианская история с поэтическим флешмобом, приуроченным к дню рождения г-на Путина, позволила говорить, что политический анекдот как жанр устарел, и такие вот акции — возможно — заменят архаичный жанр.

    Что за флешмоб? Всякому желающему предложено было написать двустишие, кончающееся хештегом «Спасибопутинузаэто». Автор идеи — Владимир Бурматов, заведующий кафедрой политологии и социологии Плехановского института. За образец была взята известная поэтическая шутка Юрия Влодова («Прошла зима, настало лето; Спасибо партии за это!»). Желающих оказалось много, новый хештег в несколько часов занял первое место в мировых трендах Twitter.

    Я приведу примеры наиболее удачных, по общему мнению, двустиший, но, на мой взгляд, политический анекдот вне опасности — поскольку отточенность или парадоксальность формы, необходимой для успеха в такого рода высказывании, есть редкая удача. Так что пока флешмоб ценен только как сборник общественных настроений. «Шлю Ходорковскому приветы. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО»; «У нас был президент с планшетом. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО»; «Есть выборы и как бы нету. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО»; «Нам жить в России смысла нету. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО».

    Больше всего мне понравился стишок: «А у меня работы нету. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО». Печальное личное высказывание.

    Съедят ли «пирожки» анекдоты?

    Вообще, Большой интернет не прочь бы заменить анекдот на любую форму политической поэзии. Устная политическая поэзия в чрезвычайной моде, анекдот же многим кажется все же старомодным протестным жанром. Почему бы (так говорят то на одном, то на другом сайте) в ход не пойти «пирожкам»? «Пирожки» — популярный в Сети малый поэтический жанр. Родоначальники — Вадим Саханенко и Владислав Кунгуров; наиболее представительное собрание написанного можно найти на сайте Perashki.ru. Это приятное чтение.

    Авторы должны следовать некоторым формальным условностям (обязателен четырехстопный ямб, обязательны строчные буквы без знаков препинания и дефисов), но условности, как известно, поэзии к лицу. Иные лирические опыты исключительно хороши.

    Я люблю, к примеру, апокалиптический стишок: «Сошлись соседи под ворота на запах жареных котят, своих небось котов не жарят, а держат ради молока».

    В последнее же время действительно стали появляться политпирожки — не то чтобы валом пошли, но два-три удачных примера подобрать можно. Они забавные, милые, но без общественного нерва. В «пирожках» ведь главное — подчеркнутая невозмутимость, легкая отстраненность авторской позиции.

    Я как-то Путина увидел,

    приятный, энергичный чел,
    На ПМЖ в тирольских Альпах
    ему бы не было цены.

    «Мы выбирать имеем право,
    и даже избранными быть», —
    сказала Валя Матвиенко
    очередную поебень.

    Всё хорошо, но принцип «пирожков» ведь в том, чтобы необычное ввести в обиход обычного с прекрасной невозмутимостью смирения, а анекдот работает по противоположному принципу: в привычном найти абсурдный поворот.

    Наконец, обнаружились в Сети мнения, что место политических анекдотов могут занять статусы.

    Статусы используются «ВКон-такте», «Одноклассниках» и прочих местах массового виртуально-социального проживания. Это одно или несколько предложений, своего рода высказывание, фиксирующее сегодняшнее настроение сетевого сидельца. В идеале — афористичное. В последнее время количество «политических» статусов растет. Вот из лучших: «Бегущие за машинами собаки — это души уволенных гаишников»;

    «Чиновник, не бравший взяток, ушел на пенсию по воде»;

    «Ладно двое, а вдруг их скоро будет несколько? Действующий, бездействующий, забытый, запасной, на выход, на парад; старый, прожженный, и новый, с искоркой. Я о пиджаках, а вы о чем подумали?»

    Мы подумали вот о чем.

    Количество сетевых новинок, приготовившихся занять место архаичного политического анекдота, только подчеркивает то обстоятельство, что место это не придуманное, не устроенное искусственно и что анекдот возвращается не зря. Номер с разоблачением нам еще понадобится.

    Автор: Евгения Пищикова

    Постоянный адрес страницы: http://www.novayagazeta.ru/society/49018.html

     
    Еще анекдот .

    Бабушка, расскажи сказку про Кащея.
    -Нет больше Кащея, вместо него теперь
    Путяшка Бессмертный и компания: дрессированный Медведка, леший Чубайсище, оборотень Грызло, Валька кикимора и другая нечисть:










  • ВОЛГА / VOLGA, “Дом” 3.02.06

  • Безымянный 271598