• Вот нашла сайтик с фанфиками! Улыбнуло)

  • Для Мэвис Клэр - ко дню рожденья :)

  • Блэк сбежал. Вместе с ним исчез триумф Снейпа - триумф его интеллекта. Несколько часов назад он чувствовала себя Холмсом, одержавшим верх над Мориарти. Но все эти гриффиндорцы взбунтовались против него. даже девчонка Грейнджер, казалось бы, совсем не дура. Мальчишка Поттер не только не испытывал благодарности за спасение - или попытку оного - но вообще не понимал толком, что сделал или почти сделал для него Снейп. Может быть, он был околдован. А может, того хуже - Блэк, пользуясь глупостью Поттера, убедил его в чём-нибудь невероятном.

    Сильно болели ушибленные места. Кожа вокруг раны на голове болезненно пульсировала и набухла. Ничего страшного, раны на голове всегда внешне кажутся страшнее, чем есть. Но всё это раздражало.

    На следующий вечер Орбели снова пришла со свитками. Теперь, когда Люпин уехал, их была целая охапка. Она тихо села на переднюю парту и углубилась в проверку. Время от времени Снейп чувствовал её взгляд, но, когда он поднимал на неё глаза, она успевала уткнуться в очередную работу. Ему и хотелось, и не хотелось, чтобы она здесь сидела.

    Снейп закончил первым. Мягкими, беззвучными шагами он подошёл к Ландышу Лили и завис над ней. Она не сразу это осознала и какое-то время продолжила отмечать ошибки. Наконец, она подняла лицо. Оно было как белая маска. Если бы он её не знал уже так хорошо, решил бы, что она равнодушна. Теперь же в её прозрачных глазах, в тонких жилках на виске, в особой складке губ он чувствовал её напряжение. Просто удивительно, что несколько месяцев назад он мог обманываться, принимая её нервозность за спокойствие, стеснительность за безмятежность. Он приподнял пальцами её подбородок, вглядываясь в черты, которые успели уже стать не просто знакомыми - привычными. Мягкие розовые губы - если долго целовать их, они наливались кровью, становились красными, пухлыми. Тонкие розовые веки с короткими ресницами. Маленький, аккуратно вычерченный носик. Прозрачные светло-зелёные глаза.

    - Ты не Лили, - услышал он свой голос и тут же поразился точности этой фразы.

    - Северус? - голос Орбели звучал беспомощно. Снейп отпустил её подбородок и потёр пальцы, словно стирая с них ощущение её нежной кожи.

    - Ты не Лили, - повторил он шёпотом. - Она была сильная. Она была открыта. Глаза - даже не совпадение. У неё они были яркие. В них была сила. В ней был огонь. А ты - недоразумение... ошибка, фантом, иллюзия... самообман. Призрак призрака.

    У Орбели чуть заметно дрожали губы.

    - Сев-верус...

    Он поднял руку, непроизвольно ощупывая края раны. Горячие, взбухшие, пульсирующие. Утром он вскроет её и промоет. Просто царапины.

    Она всё ещё смотрела на него. Надо было что-то сказать. Он не знал, что. В горле было сухо.

    - Я попросил бы вас, профессор Орбели, закончить проверку свитков у себя. Я хочу запереть кабинет, уже поздно, - наконец, произнёс он официальным тоном.

    Она медленно встала, сгребая вместе работы, проверенные и нет. Несколько свитков упали на пол. Он стоял неподвижно, наблюдая, как она поднимает их и снова подхватывает охапку свитков.

    Уже утром, проснувшись - как всегда, один в постели - он понял, что сказал и сделал совсем не то, что хотел. Он любил Лили, всегда будет любить. Но ещё он хотел, чтобы Ландыш осталась с ним, пусть даже она - не Лили. Осталась как его Орбели, а не как его Эванс.

    Возможно, ему всё удастся исправить. Люпин уехал - за столом он сядет на его место, рядом с ней. Если он не найдёт слов... он всё равно поймёт. Она всегда его понимала.

    Снейп аккуратно вскрыл длинную царапину на голове, очистил от сукровицы и промыл зельем-асептиком. Всё решаемо. Он мужчина, а не мальчик. Он сможет всё исправить.

    Стул Орбели, как и стул Люпина, был пуст. Всё же зельевар сел на место оборотня.

    - Северус! Доброе утро, - приветствовал его Дамблдор без своей обычной улыбки. - Посмотри, сегодня вместо тостов - чудесные булочки. Мне надо попросить тебя об одной вещи.

    - Да7 - машинально откликнулся он, думая о том, как поможет сесть Орбели, когда она появится. Надо сделать это грациозно. Так, как это делает Люциус, отодвигая стул для Нарциссы. Да, Люциус тут - хороший пример.

    - Северус, я хотел бы поставить тебя на замену на ЗОТИ, поскольку оба наших преподавателя уволились, а ты очень хорошо знаешь предмет.

    Дамблдор глядел на него поверх своих очков-половинок, чуть склонив голову. Он знал этот взгляд: старик сочувствовал ему.

    - Оба? - переспросил Снейп. - Профессор Орбели решила покинуть школу до окончания учебного года?

    - Да, Северус. Решила и уже покинула. Утром. Поэтому я и вынужден просить тебя...

    Снейп уставился в свою тарелку. Овсянка. Он терпеть не мог овсянку: от неё потом болел желудок. Домовые эльфы не проваривали её как следует, на его вкус.

    - Вы всегда могли на меня положиться, Дамблдор, - наконец, сказал он.

    - Да, Северус. Я очень ценю это, - мягко откликнулся директор Хогвартса.

    ***

    Через четыре года Снейп вошёл в кабинет Дамблдора как хозяин - и как самозванец. Он не чувствовал себя здесь как у себя. Для него это всегда была и будет территория старого мага. Но так было надо. Дамблдор очень хотел, чтобы это был именно Снейп. Они всегда могли положиться друг на друга.

    На столе лежали какие-то бумаги. Бюрократическое болото, с которым ещё предстояло научиться справляться. Почти машинально Снейп отодвинул верхний ящик. Запасной футляр с очками-половинками, кожаный снаружи, обитый лиловым бархатом внутри. Упаковка леденцов - долго же они здесь пролежали. Перекатывающийся стеклянный шарик с парусным корабликом внутри. Запас перьев. Колдография.

    Снейп посмотрел на неё непонимающе. Насколько он знал, у Альбуса не было внуков или племянников - а на достаточно свежей фотографии стеснительно улыбался малыш двух или трёх лет, смущённо почёсывая у себя в затылке. Чёрные короткие волосы, чёрные глаза, румяные щёчки. Яркий зелёный комбинезон, контрастирующий с молочно-белой кожей. Снейп перевернул колдографию. По-девчоночьи затейливые буквы на тыльной стороне складывались в надпись:

    МАЛЕНЬКИЙ ПРИНЦ ОРБЕЛИАНИ
    ШЛЁТ ПРИВЕТ
    ДЕДУШКЕ АЛЬБУСУ.

    С любовью,
    Ландыш Лили
    и Саверий

    Чуть ниже знакомым мелким почерком Альбуса Дамблдора были приписаны ещё пара строк: "Китежградский филиал банка Гринготс" и ряд цифр, по видимости - номер счёта.

    Снейп снова перевернул колдографию и долго рассматривал лицо маленького Орбели.

    Потом аккуратно переписал номер счёта и сложил колдографию в новый бумажник, где не было ничего, кроме обрывка другой колдографии.

    Когда всё это закончится, он обязательно съездит в Россию. Обязательно поговорит с Ландышем Лили. Обязательно узнает точно: да или нет. Как только всё закончится.

    * Священномученик Саверий - персидский епископ, замученный за верность Христу. День его памяти - 20 ноября.






  • Вот нашла сайтик с фанфиками! Улыбнуло)

  • Для Мэвис Клэр - ко дню рожденья :)