• ВОЛГА / VOLGA, “Дом” 3.02.06

  • Интеллектуальные беседы :)

  • Наткнулась днями на интересную статью - журналистов заинтересовали изменения, которые привнес в культуру Интернет  http://news.mail.ru/inworld/ukraina/society/4697255/ 

    Понятно, что еще с самого названия статьи исследователи взяли курс на ностальгию по светлому прошлому, и по тем "50 вещам, которые исчезли в эпоху Интернет". В общем-то, оплакивание милых сердцу прошлых лет - дело довольно привычное человечеству. Но в данном случае, как мне кажется, есть о чем поразмыслить.

    Все, что авторы предагают в качестве "утраченного" с приходом в нашу жизнь Интернета, очевидно позиционируется как ценности: "живое" общение, "полноценное" искусство, наука, медицина и т.д. Остается только еще раз восхититься прогнозам Вальтера Беньямина, который еще в 1936 году указал на тенденцию "потери" сути (ауры) искусства:

    "...в добу технічної відтворюваности мистецького твору гине його аура. Цей процес симптоматичний, його значення виходить за межі мистецтва" [стр. 58; Беньямін В. Ибране / Пер. з нім. Ю. Рибачук, Н. Лозинська. - Львів: Літопис, 2002. - 214 с.]

    Но еще более интересно, что среди утраченных ценностей оказывается также время (воплощенное в потере чувства пунктуальности) и человеческая память:

    "До появления мобильных телефонов приходилось быть пунктуальным. Сегодня встречу можно перенести, отложить или вообще отменить в самый последний момент, с помощью мобильного телефона и Интернета (…) Значительно хуже стала работать память человека – «Зачем она, ведь все найдется с Google»"

    Что касается времени - то классическое линеарное представление о времени было подоравно еще Ейнштейном, и с тех пор идея об искривлении времени и пространства открыла перед исследователями новое поле для работы, поскольку кардинально влияла на многие сферы знаний. Если раньше историческая детерминация была обоснована течением времени, т.е. время понималось как линейное движение от одной точки в другую, что и было основой для формирования культурной парадигмы (хотя бы наиболее общая парадигма движения времени от Сотворения мира к Судному Дню или Апокалипсису), то теперь время распадается на мозаику, ризому, организовывается внелинейно. То, что раньше носило онтологический характер, теперь потеряло всякую универсальность, детерминированность и предданость.

    Конечно, открытие Ейнштейна, впервые опубликованное в 1915-1916 годах, дало мощный толчок развитию наук на протяжении фактически всего 20 века. Но именно с появлением Интернета и мобильных технлогий, все эти мудреные идеи о культурных изменениях нашли свое самое простое и прямое воплощение. Примитивно говоря, до Интернета и мобилок, как и подмечают авторы статьи, договоренность о встрече с другом заключалась в формулу времени: исходная точка - договоренность о встрече, линия развитие/движение времени до конечной точки - встречи. С появлением современных технологий время распадается на кучу потенциальных возможностей: исходная точка - договоренность о встрече, развитие времени - потенциальная реализация возможностей отменить/перенести встречу, т.е. конечная точка (сама встреча) ставится теперь под сомнение в качестве финальной точки, финальной точкой "целеустремленного" развития времени может стать звонок по мобильному или письмо в Интернете об отмене или перенесении встречи. 

    Проще говоря, Интернет и мобильные: с одной стороны заманчивая возможность в некоторой мере "управлять" временем (хотя, совершенно некорректное определение, но не станем сейчас уточнять), с другой стороны - разрушение онтологического характера времени, потеря времени как основы для реальности (согласитесь, наивно полагать, что научившись "контролировать" время с помощью звонка по мобильному или письму в Интернете, можно научиться упралять реальностью)

    Следующее важное замечание авторов статьи - потеря памяти, в расчете на то, что всё можно найти в Интернете. Представление о том, что память есть гарантией реальности звучало еще у Марселя Пруста в "В поисках утраченного времени", и до сих пор становится темой для современного искусства, в том числе и кино. Один из фильмов, раскрывающих память в качестве основы для реальности - замечательная короткомертажка "Миростроитель" (2007 г., реж. Брюс Бренит) 

     

    Абсолютное конституирование и гарантирование реальности посредством памяти: все, что есть в памяти - реальность. Это восходит еще к идеи Славоя Жижека о том, что реальность, в отличие от гиперреальности или виртуальности, формируется Событием, настоящим Событием (стр 25; Славой Жижек. Добро пожаловать в пустыню реального / Пер. с анг. А. Смирного. - М.: Фонд "Прагматика культуры", 2002. - 160с.), которое тесно связано с памятью: Событие (в понимании Жижека) всегда является непосредственным опытом Реального, тем, что совершенно неподвластно человеку, что проявляется с некоторой разрушительной силой (хотя разрушительность Жижеком рассматривается более детально, и требует большего внимания и корректного применения относительно События, но не хочу сейчас вдаваться в подробности), и всегда остается в памяти. Память в общем-то есть механизмом легитимизации реальности.

    Отсюда, констатация исследователями утери памяти с приходои Интернета, может быть обосновано приравнена к потере реальности. Точнее сказать - опять же, как и в ситуации со временем, к потере онтологической основы для легитимизации реальности. Проще говоря: если раньше опыт реальности (собственно, память) было сферой индивидуального опыта человека - каждый человек самолично переживал этот опыт, приобретал память, то теперь это стало делом экспертов, делом Интернета. Память сменилась на доверие: доверие к сайтам, доверие к экспертам и т.д. 

     

    "Реальність перестала бути для кожного з нас предметом його власного досвіду не в останню чергу тому, що досвід става штучною емпіричною даністю, якою займаються спеціальні експерти, озброєні апаратом методів. Власний досвід вже не добувається особистими зусиллями. Його приносять готовим від експертів. Ментальний стереотип нашого світу дедалі більше спирається на почуте слово, він дедалі більше нагадує чутки та гадки, якими керують ЗМІ" [стор. 114; Івашина О.О. Загальна теорія культури. - К.: Вид. дім "Києво-Могилянська академія", 2008. - 215 с.] 

    Таким образом, время и память, как две тесно взаимосвязанные категории организации и легитимизации реальности, в современной культуре меняют своё положение - от онтологического к ризомному, от гарантии к доверию, вере. Интернет, конечно же, ускорил и популяризировал этот процесс трансформации - теперь мы воочию его можем наблюдать на самых примитивных примерах. Однако, сам факт того, что статья, посвященная ностальгии за "безоблачным", "реальным" прошлым, размещенна не где-нибудь, а именно в этой монструозной сети Интернет, котрая "отобрала" у человечества его ценности, занимает позицию експерта, к которому мы вынуждены проявлять доверие. Исследователи, авторы статьи попытались говорить о культурной проблеме с помощью её же средств, её же языка (говорить о проблемном дискурсе внутри дискурса). Но именно експерты донесли до нас свои (уже наши) сетования на потерю реальности под ногами - мы опять ВЕРИМ в эту потерю, а не проживаем ее в собственном опыте (хотя это совершенно не нивелирует сам факт потери реальности). Это тот случай, когда в прямом смысле "язык мой - враг мой", попытка говорить о проблеме на её же языке, её же средствами обернуалсь в ту же самую исследуемую проблему, замыкая круг негодований.

    На эту тему есть замечательная короткометражка "Пиксели" (2010 г., реж. Патрик Жан): апокалиптическая попытка перенести доверие к експертной идее о разрушительной для культуры и искусства силы пиксельного построения изображения (что в общем-то выливается в своеобразное пиксельное структурирование культуры), на собственно опыт, Событие разрушения: 



















  • ВОЛГА / VOLGA, “Дом” 3.02.06

  • Интеллектуальные беседы :)