• Безымянный 271598

  • Рассказ “Шкатулка памяти”

  • Начиная с 2-х лет я часто бывала у бабушки в деревне. Правда, помню я себя там лет с 5, не раньше. А самые острые впечатления с 8 лет.

    Бабушка моя - татарка. Дед – башкир.

    Приезжали мы в деревню летом конечно. Деревня большая, 3 больших улицы  и много мелких. Одна из больших – татарская. Селились там издавна только татары, оттого так и названа. Приехать в деревню можно было двумя способами – на машине (автобусе) либо на «ракете».  Чаще всего добирались по Оби именно на ракете, упоминание этого средства передвижения вызывалj в школьных кругах моего общения небывалый восторг. Даже мальчики с любопытством прислушивались к моим щебетаниям. Ракета! Билеты покупались за пару часов до отплытия, обычно папа раньше приезжал на Речной вокзал. Остальное семейство (часто не только мама-я-брат, но и тети-дяди-двоюродные сестры-братья) приезжало чуть позже, успевая перекусить в кафе.

    Посадка. Сначала нужно было перейти по деревянному настилу с пристани на … не знаю как называется… железная огромная причаленная фигня. Потом по ней топали до самой ракеты и по такому же настилу перебирались уже непосредственно на плавсредство. Мы, дети, конечно, спешили, чтобы занять места у окон. Путь занимал всего-то 2 часа, но они тянулись так долго! Видимо по той же причине, по какой и деревья были большими. За 2 часа было 2 приятных момента. Первый – обед. Разворачивали газету на чьих-нибудь коленях, доставали сваренные в крутую яйца с уже треснутой скорлупой и бутерброды с маслом и сыром из полиэтиленового пакета, знаете, такие немного размякшие, и оттого более вкусные, конечно. Я, кстати, и сейчас иногда специально на пару часов заворачиваю бутерброды в мешок. Когда уж сильно скучаю по детству. Ну так вот. Этот ничем не примечательный перекус оставил в моей памяти очень яркое пятно. Про второй приятный момент «путешествия». Это было несбыточной мечтой! Чтобы взрослые отпустили одних (!!!) на палубу ракеты. Там не было ничего опасного, если не перегибаться через бортик. Ну а мы, ясно дело, перегибались. Потому и не пускали, присматривали за нами постоянно, что портило весь кайф. Однако было несколько раз. Серо-синяя бурлящая вода на расстоянии вытянутой руки, брызги как мелкий-мелкий дождь. А какой шикарный след оставляла ракета за собой! Видели? Жаль что нет…

    Ну вот и Остров. Ракета не могла подходить к самой деревне – мелко. Поэтому «припарковывалась»  у ближайшего острова, а уже с него пассажиров отвозили до берега на Зеленой Деревянной Лодке. Моторной, конечно. Большая, длинная, как крокодил, низкая-низкая, того и гляди зачерпнет воды. Ну и Дядя Гриша. Сколько себя помню всегда Дядя Гриша. Молчаливый, на удивление трезвый (это я сейчас удивляюсь), обветренное грубое лицо со смешливыми морщинками в уголках глаз. От смеха ли, или может от постоянно  слепящего солнца… Когда была в деревне последний раз, уже взрослой, Зеленой Деревянной Лодкой управлял сын Дяди Гриши…

    Садиться у края лодки опять же не разрешали. Но удавалось иногда. Опускаешь руку по локоть в воду, и ждешь, когда лодка обогнет остров. Тогда будет видно родной берег с маленькими домиками на склоне. Если приглядеться получше, то даже видно женщин, работающих на огромных огородах. И еще видно встречающих (как только лодка поворачивала, все бросали дела-разговоры и всматривались – не встречают ли их). А пока приближаешься, можно стыдливо ждать, не упадет ли прямо сейчас береза со смытого берега Острова прямо на лодку. У этих берез уже даже корни все наружу.

    Ну вот совсем близко. Люди на берегу машут руками, узнали кого в лодке или просто машут. Может мне? Я всегда махала, хотя знала, что бабушка не приходит на берег – далеко.

    Ну вот и всё. Лодка клюет носом. Узенькая дощечка – перебираемся на землю. Прыг-прыг-прыг. Приехали.


  • Безымянный 271598

  • Рассказ “Шкатулка памяти”