• Безымянный 271598

  • Безымянный 151616

  •  23 главы романа "23" уже в сети!
    http://www.afisha.ru/blog/46/

    ***

    Как-то сразу на меня навалились чудовищная усталость и апатия. За последние дни я ни разу нормально не спал, ел отвратительную еду, постоянный страх настолько завладел каждой минутой моей жизни, что стал вызывать уже не чувство самосохранения, а скорее, напротив, отвращение к себе самому. Мне надоело бороться за свою жизнь. Еще несколько часов назад я возвращался в Васильков, чтобы спасти, как я думал (а может, мне только казалось), любимого человека. Теперь же мне надоело спасать даже свою жизнь. Зачем? Ради чего? Что у меня есть в этой жизни такого, ради чего необходимо не сдаваться, бороться? Идеалы? Друзья? Любимый человек?

    Я отодвинул от стола стул и с усталостью опустился на него:

      Вы переселились в тело Алисы?

      Я гулу, Витенька. Ни в кого я не переселяюсь, меня сами впускают в себя, называя свое имя.

      Кто вы?

    Мне было все равно, кто такая гулу, я спросил лишь для того, чтобы не молчать, не слышать дальше свои депрессивные мысли.

      Когда-то давно, Витенька, у меня были папа Даж и мама Томпан. И жили мы в устье большой реки Бий-Хем. Мой папа был безумным поэтом, его боялись люди во всей округе, называя его грязным человеком, поэтом грязи и лжи. Из-за его стихов все избегали и ненавидели нашу семью и потому мы жили вдали от людских поселений, на границе с Хам-Сырскими озерами. Около этих озер происходили странные вещи. На редких охотников, смевших заходить туда, нападали остервенелые звери, тайга редко выпускала путников из своих объятий, а в отражении Хам-Сырских озер человек мог увидеть свою кончину. К ним раз в год ходил только мой отец, сочинял там стихи и приносил подаяния озерам. Кроме меня, в семье было еще два брата и две сестры. А я, Витенька, была самой младшей. Но уже в четыре года я научилась не только запоминать стихи своего отца, но и сама сочинять. Местные скитальцы от аратов говорили моей матери, чтобы она избавилась от меня, иначе все араты будут навек прокляты. Но отец Даж запретил Томпан показывать меня аратам, а когда мне исполнилось шесть лет, стал забирать с собой в тайгу надолго, где мы вместе сочиняли стихи. Летом 1914 года, когда мне исполнилось восемнадцать лет, Даж повел меня на юг, в Хем-Бельдир. Именно в том году торжественно закладывались первые камни в честь основания нового города Белоцарска, и Даж велел написать мне стих пророчества аратов.

      Что же вы написали? – мне понемногу становился интересен рассказ Анилегны, хотя я понятия не имел, кто такие араты, где находятся эти Хам-Сырские озера и какое все это имеет отношение к Алисе.

      Я написала стих-салым, Витенька.

    И Анилегна прочла мне странные строки:

     

    Тубасы будут медлить долго,

    Сосед обманет Урянхай.

    Задушат деток прокаженных,

    Тайга поглотит Улус-Тан.

     

      Угу. Замечательное стихотворение. А что такое «салым»?

      «Салым» на тюркском – «судьба».

      И что произошло дальше?

      А дальше, Витенька, верховный шаман Урянхая Манаджап настоял на встрече с Дажом. Он сказал ему, что я в своем стихе-салыме совершила таварлыгу.

      Угу. Значит в салыме совершена была таварлыга. Все понятно.

      «Таварлыга», Витенька, на тувинском – «неконтролируемая ошибка».

    Я все больше стал успокаиваться. Чем дальше я слушал весь этот бред, тем решительней убеждался, что разговариваю с сумасшедшей. Никакая это ни Анилегна, более того, все это вообще настоящий маразм. Я имею дело с натуральной буйнопомешенной, в которую имел неосторожность влюбиться. Да и, в конце концов, кто такая была та, вчерашняя женщина, назвавшая себя Анилегной? Обычная прохожая, которая вежливо указала мне дорогу, пустила под свой зонт (в отличие от Алисы), и, между прочим, именно она предупреждала меня вчера, что Алиса не совсем нормальная. А я, как полный идиот, испугался вчера женщины, швырнул в нее зонтик и убежал навстречу приключениям с Алисой…

      Так что там Манаджап?

    Я осмотрел комнату, нет ли где на виду ножниц или ножа, все же нужно с шизофрениками вести себя осторожней.

      Манаджап сказал моему отцу, что пророчество сбудется лишь тогда, когда жена Дажа убьет всех своих детей собственными руками. Только тогда сбудется пророчество, и араты будут прокляты.

      Значит, своими руками? – я скорчил умную гримасу, но, видимо, перестарался.

      Тебе, Витенька, неинтересно узнать, кто такие гулу? Несколько минут назад ты сам задал этот вопрос, будь же терпелив и вежлив, мой хороший, – Алиса произнесла это таким вкрадчивым голосом, что я опять засомневался в ее сумасшествии. – Манаджап знал, что Томпан безумно любит двоих своих сыновей и двоих дочерей, в то время как Даж уже посвятил всю свою жизнь мне. И, таким образом, ни Томпан, ни Даж не допустят, чтобы проклятие аратов сбылось.

      Но оно все равно сбылось, – я весело подмигнул Алисе.

    ***
    Сбылось ли проклятие аратов, и какое отношение имеет Тувинская история к Вите Лескову - читайте по ссылке.
    В 23й главе романа "23"





  • Безымянный 271598

  • Безымянный 151616